Домашние дети

Особым детям особенно нужна семья

Новости

Живые истории, реальные события семьи Муленковых

Автор - Муленкова Н.С., приемный родитель, Мурманская область, Ковдорский район, пос. Енский. Источник - Особый ребенок в приемной семье и в учреждении: социализация, интеграция, общественное мнение//Сборник материалов: региональный опыт, интересные практики, рассказы приемных родителей. – М.: БФ «Здесь и сейчас», 2015 г. 

 

Захотелось рассказать историю своей семьи и поделиться опытом по приему особенных детей: ребят с проблемами развития.

  

Ну, а начну я с предыстории семьи. Меня зовут Муленкова Наталья Сергеевна. Я – мама 14-ти детей. У нас 5 кровных и 9 приемных ребят. Кровные дети все закончили ВУЗы, у двоих два высших образования и аспирантура. Старшая приемная дочь тоже окончила ВУЗ, дипломант международных конкур- сов по вокалу. Самому младшему приемному сынишке 7 лет, и в семье он почти год. Самой старшей приемной дочке 24 года. Стаж приемной семьи – 14 лет.

 

Мысль о создании приемной семьи возникла давно. Еще в 2000 году, когда родные дети стали вылетать из родительского гнезда, мы с мужем подумали: сил еще много, ребят мы любим, а почему бы не создать приемную семью?

  

Так мы оказались в органах опеки нашего района. Нам сказали, что недавно в действие вступила программа, поддержанная Норвегией, – приемная семья.

  

Пройдя все положенные по закону шаги: сбор справок, медкомиссию, ШПР, – мы оказались на пороге детского дома. И вот самый волнительный момент – знакомство с нашими будущими дочками. Так получилось, что мне очень хотелось девочку. По возрасту 6-7 лет, как мой родной младший сын. Последними в нашей семье появилось 2 сына. В детском доме, куда мы обратились, в группе оказалось только две родных сестренки. Одной было 5, другой – 3 годика. Звали их Катя и Света. Но взять их в семью сразу не получилось, поскольку не были готовы документы. Мать девочек находилась в розыске. Так мы и ушли ни с чем...

 

Прошел ровно год. Однажды зимним декабрьским вечером, мы возвращались домой с дачи. Разговор снова зашел о девочках. «Ну, не получилось, – решили мы, – надо жить дальше». Жалко, конечно, но ничего не поделаешь. Наверное, про нас забыли. Не успели мы раздеться, как раздался звонок телефона. Звонили из отдела опеки: «Вы не раздумали брать девочек? Тогда приезжайте, документы готовы».

 

То, что мы увидели спустя год, поразило нас. Младшая, Светулька, с криками «мама пришла» бросилась к нам навстречу, запуталась в полах шубки, упала, снова поднялась и побежала к нам.

 

А вот старшая... Я не узнала Катю. Год в детском доме так отбросил ее назад. Хитрые узкие глазки, как у лисенка, смотрели на нас настороженно, с опаской. Она не пошла нам навстречу, а спряталась за воспитателя и смотрела, будто оценивая нас. Перемены, которые произошли с тем ребенком, которого мы видели год назад, были настолько разительны, что я даже опешила. До нашей первой встречи девочки всего 3 месяца жили в детском доме, а тут прошел целый год.

 

Я обратилась к заведующей детского дома:

– Мне кажется, или с ребенком произошли такие изменения? – спросила я.

– Нет, – вздохнув, сказала заведующая, – так и есть. Девочка на глазах меняется и не в лучшую сторону. Подумайте! Она еще покажет себя в переходном возрасте.

– А как же Светулька? Ведь сестер нельзя разлучать.

– Берем! – решили мы.

Домой ехали в автобусе около часа. Катя села отдельно и изредка поглядывала на нас. Светуля все время обо всем спрашивала. Она была похожа на маленького почемучку. Вдруг она замолчала. Посмотрела на меня и тихо произнесла:

– А вы нас взяли навсегда-навсегда?

– Да, – сказала я и обняла дочку.

 

Навсегда-навсегда эти девочки стали нам родными.


Вот мы и дома. Не знаю, кто больше удивлялся: девочки, 
для которых все было вновь, или я, мама, которая считала, что я-то разбираюсь в воспитании, если вырастила 5 родных детей!

 

Тут все начиналось с нуля. Я смотрела на этих девочек и не могла понять: как можно не знать таких простых, на мой взгляд, вещей? То, что должен был делать ребенок в их возрасте, казалось вершиной высокой горы, а мы находились у её подножья...

 

К тому же у Кати обнаружились ЗПР, энурез. Девочки были гиперактивными, спали по 2 часа за ночь. Незнание даже самых простых вещей всех повергало в шок.

– Что за ящик стоит в углу? – спрашивала Света, показывая на холодильник.

– Положи мне муку, которою ты в суп клала, – вторила ей Катя (это была сметана). Винегреты, хлеб, котлеты они прятали под подушки. Не ели, а глотали всю пищу. Самой вкусной была сухая вермишель и крупы. Привычки детства долго давали о себе знать.

  

Они бегали по квартире, громя все на своем пути. А однажды даже залезли в урну, увидев там продукты. Все это шло из их прошлой, еще не забытой жизни, когда они, голодая, ходили по городу в поисках еды.

 

Я падала от усталости. Катя боялась спать без света, боялась «бабаек» за окном. А страхи, нарисованные девочками в виде картинок, до сих пор вселяют в меня ужас. До этого девочки часто недоедали, и, спасаясь от пьяной бабушки, ночевали в игрушечной собачьей будке на территории садика. Это была их старая, прежняя, такая знакомая с детства жизнь.

 

Не все можно исправить

 

Прошли годы. Катя и Света выросли. Катя окончила 9 классов. Сейчас ей 19, а Свете 17 лет. Катя уехала к своей родной маме в Ярославль строить там новую жизнь, Светулька учится в 11 классе.

  

То, что дала наша семья этим ребятам, не передать словами: она вернула детям детство. Катенька окончила музыкальную школу, имеет разряд по баскетболу, Светуля много читает, имеет разряд по лыжам. Мы с ребятами отдыхали на Черном и Азовском морях, путешествовали по Европе. Это был тур: Франция, Бельгия, Голландия, Швеция, Финляндия, Германия. Особые впечатления произвел Французский Диснейленд.

 

Детей с детства приучали к труду. Трудились все вместе с мамой и папой, с братьями и сестрами, на огороде и в лесу, собирая ягоды и грибы. Мы учили детей всему хорошему, чему учит семья: любви, уважению, верности, взаимопомощи и поддержке.

 

И все же, в который раз я убеждаюсь, что ребят с ЗПР надо вести и дальше. В общении с другими приемными мамами я вижу, как они с тревогой смотрят в будущее своих выросших детей. ЗПР дает о себе знать и с годами. Родители прикладывают все свои силы. Но ребенок вырастает и становится самостоятельным. Многие еще не окрепшие ребята понимают свободу по-своему.

 

Особенно важен переходный возраст. Мы, к счастью, избежали одной из многих ошибок приемных родителей: тайны усыновления, скрывания от детей своих корней. Я знаю немало семей, где эта тема – «табу»! Даже у приемных родителей! Хотя это сделать намного сложнее. Но в переходном возрасте все вскрывается. Тогда происходит много трагедий. У нас в семье всем ребятам нашлось место – все они желанные дети.

  

Особенный ребенок

 

В нашей семье от 3 детей уже однажды отказались приемные родители. Вторичные отказы – это огромная травма для детей.

 

Главный врач психиатрической клиники с огорчением рассказывал мне о случаях вторичных отказов. «Это самые сложные пациенты, – говорил он. – Ребенок считает себя никому не нужным, винит во всем случившимся себя. Бывают случаи, когда ребенок перестает говорить. А вывести его из такого состояния бывает очень сложно».

 

Причины отказов от детей тут разные: это и переходный возраст приемного ребенка, и плохое поведение, и трудности воспитания. Есть и необдуманные поступки взрослых: ежеминутный порыв сделать что-то хорошее, жалость. А тут нужен ежедневный труд, а также душевные и физические силы.

 

С детьми всегда трудно, а с приемными – трудно вдвойне. Очень много проблем возникает со школой. Учителя просто не готовы принять приемного ребенка. Об этом же говорили родители и на IV Всероссийском съезде приемных родителей, проходившем в октябре 2014 года в Москве. Делегаты со всей страны понимали друг друга с полуслова, потому что проблемы были у всех одинаковые. Период адаптации, понимание нового для ребят уклада жизни требует времени – необходимо наверстать отставание в развитии и все, что было упущено. А с ребят требуют быть как все, усваивать программу. Идти в ногу с одноклассниками. Не каждому под силу этот марафон.

 

 Я тоже хочу жить в семье

 

Это рассказ уже о Костике, с рождения и до 7 лет прожившем в стенах дома малютки, а затем и детского дома.

 

Появился он у нас в 2008 году. Этот год выдался очень трудным для семьи. Скоропостижно ушел из жизни супруг, глава семьи. Я осталась с 6 несовершеннолетними детьми на руках: Костика мы взяли 1 апреля, а беда настигла нас в июле.

 

Костик с рождения находился в доме. «Пьяное зачатие», как сказали врачи. Энурез, одна почка и порез лицевого нерва – всем этим наградила ребенка мама, ведя беспорядочный образ жизни. К тому же она 7 лет провела в тюрьме за убийство отца Костика. Выйдя из тюрьмы, она в очередной раз предала сына, отказавшись от него. Были подготовлены документы в интернат.

 

Итак, Костя должен был попасть в интернат, к тому же, он не усвоил программу 1-го класса.

 

Как отличались ребята, которые попадали к нам из семьи, пусть даже самой неблагополучной, от детей из детского дома! В детском доме дети не знали самых обычных вещей: как мама готовит, как стирается белье. А походы в магазин вызывали такой восторг и привлекали столько внимания окружающих, что мы старались поскорее увести отсюда ребенка.

 

Костик раздевался и лежал под партой в конце 1 класса, к тому же, в ответ на ругань учителя, он улыбался в ответ. Это –реакция на стресс, но это очень сильно выводило из себя окружающих, принимавших эту особенность ребенка за насмешку над ними. В то же время, валяясь на полу, он мог правильно ответить на вопрос. «Кто написал сказку о золотой рыбке?» Из-под парты произносил: «А.С. Пушкин». И цитировал целые страницы текста.

 

Он спорил с нами, что такое хлеб. По меркам детского дома это был кусочек, положенный около тарелки! Буханка хлеба в понятие хлеба не входила. Он плакал, когда возникал «непреодолимый» вопрос, что наливать сначала: кипяток или заварку в чай.

 

Впервые Костик поехал с нами в отпуск. Спустившись в метро, он очень испугался. Я прижимала его к себе, гладила по головке, рассказывая, что такое метро, что не надо его бояться, он держался за пупок, и слезы градом катились из его глаз.

 

Все врачи в нашем районе помнят этого необычного мальчишку и очень удивляются, что он живет дома, а не в интернате. Обладая удивительной добротой, отличной памятью и неординарным мышлением, он воспринимает все по-своему. Он успешно, в меру своих сил и возможностей, обучается в коррекционном классе 7 вида. Все 7 лет учится при поддержке репетитора. 

 

Прекрасно занимается музыкой, хорошо рисует, очень сильный и выносливый.

 

Эти дети достигают огромных высот в своем развитии, если их сравнивать с ними же самими. Если же они находятся в коллективе обычных ребят, то они – заурядные троечники.

 

Помню, как в ШПР нам рассказывали о колесе жизни ребенка. Это – психологический тест, позволяющий визуализировать степень успешности человека. Я составила его на всех моих деток и... ужаснулась. Это было не просто колесо, а какая-то каракатица. Со временем оно приобретало более правильную форму, но до настоящего колеса все еще было далеко. Столько у этих ребят в жизни было горя!

 

– Я тоже хочу жить в семье, – сказал мне однажды Костик. – И чтоб меня любили!

– Почему меня никто не брал? – задавал не раз он мне вопрос и сам, довольный, отвечал на него:

– Потому что я просто должен был попасть к вам! Мне здесь очень нравится!!!

 

И действительно! Этого мальчика предлагали и другим приемным мамам, но те отказывались. Сейчас Костик учится в 8-м классе общеобразовательной школы и в 4-м – музыкальной школы. Он очень артистичен, хорошо танцует, выступает на всех школьных праздниках и вечерах.

 

Что делает семья для таких деток? Она учит, лечит, выправляет, сглаживает углы. Но это очень долгий процесс. Каждый ребенок неповторим по-своему, и что проходило с одним, никак не подходит для другого. Человечек – это новая открытая книга: читай, думай, находи решение, ищи выход из разных ситуаций! Тут важна дисциплина, последовательность и любовь к приемному ребенку. Только тогда из человечка выйдет человек. Огромную роль в этом играют органы опеки и НКО.

 

Органы опеки и НКО в жизни семьи

 

Как часто в СМИ и из уст приемных родителей мы слышим негативные отзывы в адрес органов опеки. Конечно, в них работают разные люди. На их долю выпала непростая работа: вершить судьбы ребят, попавших в трудную жизненную ситуацию.

 

Хочу сказать прямо! НАМ ПОВЕЗЛО! Я просто удивляюсь вниманию, заинтересованности, компетенции наших органов опеки и попечительства. Это люди, которые всегда помогут, выручат, дадут совет. Это – честные, грамотные, отзывчивые люди. В нашем районе на протяжении многих лет в органах опеки работали удивительные женщины: Лебедева Татьяна Владимировна, Сагалиева Лидия Сергеевна, Денисова Елена Викторовна, Постовалова Елена Федоровна. А Иосифова Ирина Николаевна возглавляет опеку сейчас.

 

НКО. Главным нашим союзником и помощником в деле воспитания ребят является и негосударственная организация «Центр Развития Семейных Форм Устройства Детей» (ЦРСФУД), г. Мурманск. Нам очень повезло иметь таких друзей – истинная правда!

 

Это замечательная команда единомышленников, специалисты высочайшего класса, очень грамотные профессионалы. Они приходят к нам в дом, как добрые старые друзья, которых мы ждем всегда с нетерпением. Это директор НОУ ЦРСФУД Малышева Зиля Жанатовна, специалисты центра: Головина Марина Викторовна, Кузьминич Лариса Евгеньевна, Календарёва Татьяна Георгиевна, Смирнова Надежда Николаевна. Долгое время с ними работали Буняк Марина Адольфовна и Лаптева Римма Станиславовна. Организованные ими конференции всегда проходят на высочайшем уровне. А семинары-тренинги для детей и взрослых всегда воспринимаются детьми с восторгом, а взрослыми – с благодарностью.

 

Они всегда в творческом поиске. Всегда по-доброму относятся к семье, к детям, сопровождают семью и дают заряд бодрости, учат, как правильно вести себя с ребенком, объясня- ют его поведение и направляют, корректируя поведение детей и взрослых. Все это делают тактично и умело. Они стали нам близкими друзьями.

 

Лариса

 

Она появилась у нас в 2010 году в возрасте 11 лет. Прежняя приемная мама отказалась от нее. Это еще один ребенок с традиционным в нашей семье диагнозом ЗПР. Лара родилась 3-м ребенком в семье.

 

Однажды летом в возрасте 5 лет она простудилась и заболела. Родители даже не обратили на это внимания. А болезнь дала о себе знать осложнением. У девочки появилась тугоухость 2 степени. Что это такое? Это когда ребенок не слышит, что говорят с экрана телевизора.

 

На это обратили внимание в садике, сказали родителям, но им было не до девочки. Алкогольная зависимость была сильнее их. Бывали случаи, когда пятилетний ребенок оставался на улице ночью один, а родители спохватывались только утром, встречая девочку словами: «Где ты была?».

 

Итак, Лара пошла в 1 класс. В конце первого года обучения ребенка с согласия мамы отправили в специализированную школу для детей с умственной отсталостью.

 

Потом в семье случилось горе – умерла мама. Девочка оказалась в детском доме, а потом и в приемной семье. Ларе тогда было уже 10 лет. Приемная мама даже не обратила внимания на особенности ребенка. «А мне никто не сказал», – оправдывалась она потом.

 

Лара росла и превращалась в подростка, справиться с которым приемная мама уже не могла. Она не понимала, почему девочка иной раз не делает то, что она ее просит. Лара просто не слышала ее. Не разобравшись в причинах, мама сердилась на ребенка, отсюда частые конфликты в семье. Это длилось около года. В конечном итоге, она просто отказалась от девочки. Так Лара в возрасте 11 лет попала к нам.

 

И вот тут на помощь пришли наши психологи из ЦРСФУД. Узнав, что у нас пополнение в семье, они тут же приехали к нам, познакомились, поговорили и протестировали ребенка. Заключение было единогласным: девочка вполне может обучаться по программе 7 вида в обычной общеобразовательной школе. Но как перевести ее?

 

Все преодолимо!

 

Когда я беру ребенка, всегда возникает 2 вопроса: кто виноват и что делать. Первый я оставляю без ответа. Меня всегда волнует второй. Вот когда необходима помощь.

 

Первым делом, нам на помощь пришла наша организация. Центр выкупил и привез ребенку дорогостоящий слуховой аппарат сразу на 2 уха.

 

Второй вопрос, который предстояло решить: как перевести ребенка в обычную школу?

 

«У вас ничего не получится, – говорили учителя. – Не было в нашей практике такого, чтобы ребенка перевели из коррекционной школы в обычную, общеобразовательную».

 

Но что-то мне подсказывало, что мы добьемся своего. Я вспомнила, как однажды, несколько лет назад, когда я ездила в Москву в Академию наук на международный форум приемных родителей, на одном из мастер-классов московский профессор говорил об огромном количестве детей, которые попадают в коррекционные школы с диагнозом «легкая степень умственной отсталости». А, в действительности, – это просто дети из неблагополучных семей, педагогически запущенные. Процент таких детей, по словам профессора, порой доходит до 60! Еще в докладе профессора меня поразило то, что этим детям можно помочь.

 

Нас же поджимали сроки. Лара должна была переходить в 6 класс.

– Дальше возможности не будет! – думала я.

– Наталья Сергеевна, дерзай! – подбадривали психологи. Началось долгое хождение по врачам. Прежде всего, я

пошла к независимому психологу.

– Пожалуйста, посмотрите моего ребенка и вынесите свой вердикт, – попросила я. – Если есть хотя бы 1 шанс из 100, я буду 

за нее бороться!

 

Психолог в моем присутствии поработала с Ларисой.

– Представляете! Я тоже считаю, что ребенок может освоить программу 7 вида, – сказала она, осмотрев Лару. – Только

существует несколько условий:

1. Девочка должна носить слуховые аппараты.

2. Надо заниматься с ней дополнительно и, желательно, определить ее на класс ниже. («Вы же сами понимаете, что программы обычной школы и коррекционной очень отличаются»).

3. Лучше нанять репетитора.

– Конечно! Мы так и сделаем, – воскликнула я.

Ура! Это была первая победа. Пусть небольшая. Но мы на правильном пути!

 

Третьей задачей было лечь в психиатрическую клинику на обследование. Обследование более углубленно покажет умственные способности ребенка. 

 

В специализированной клинике нас встретили очень приветливо. Врач улыбнулась:

– Какие у вас проблемы? – спросила она

– Никаких, – ответила я, – только переходный возраст! И объяснила цель приезда.

– Не волнуйтесь, – сказали нам. Хуже мы не сделаем. Либо девочка действительно перейдет в обычную школу, либо останется в коррекционной школе в своем классе.

Обследование длилось 5 часов. Вердикт был таков: ребенок может посещать обычную общеобразовательную школу по программе 7 вида обучения. Очень высокими оказались врожденные способности ребенка, а вот приобретенные оказались слабыми. То есть коррекционная школа в силу своей программы не могла дать нормального развития ребенку.

 

Обладая такими документами, мы прошли еще 9 инстанций: врачей, психологов, психиатров. Одиннадцать раз ездили на обследования по всей Мурманской области.

 

И вот, наконец, заключительный этап – ПМПК (психолого-медико-педагогическая комиссия). Основательно просмотрев все предоставленные документы, комиссия дала добро на перевод ребенку в общеобра- зовательную школу 7 вида!

 

Это была настоящая победа! Председатель комиссии в конце беседы сказала:

– Это второй случай перевода ребенка за последние 20 лет. Спасибо вам, что вы так неравнодушно отнеслись к приемной дочке! – и пожала руку.

 

Дома никто не верил в происходящее. В школе снова состоялось тестирование. Вставал вопрос: в какой класс ее определить? Посмотрели программу, оказалось девочку надо перевести на 2 класса ниже. То есть в 5 класс. Так и решили!

 

1 сентября Лара пошла в 5 класс. Все это мы обсуждали вместе с дочкой. Ведь быть на 2 года старше ровесников не просто. К счастью, все закончилось хорошо.

 

Неоценима помощь ЦРСФУД. Центр оказал финансовую поддержку, заключив договор с репетитором, который помогает преодолевать Ларе разрыв в знаниях по основным предметам: русскому и математике.

 

Сейчас Лара занимается в силу своих возможностей в 7 классе общеобразовательной школы. Отметки все положительные. К тому же учится в 5 классе музыкальной школы, выступая солисткой в хоре. Так же занимается баскетболом. В этом году команда школы заняла 2-е место в областных соревнованиях по баскетболу среди школ области.

 

Так работа в команде с органами опеки и сотрудничество с ЦРСФУД помогает осуществлять очень важные дела, с которыми один приемный родитель вряд ли мог бы сам справиться.

 

Саша

 

Это еще одна непростая судьба приемного сынишки.

 

Всего 8 месяцев он находится у нас в семье. В мае его родителей лишили родительских прав. Ребенок 3 месяца прожил в приюте, там впервые он пошел в садик. А 1 сентября, в свой день рождения, он должен был пойти в 1 класс.

– Коррекционная школа, однозначно, – говорили в приюте.

– Да погодите же вы! Дайте ему шанс! – просила я. – Он будет заниматься с преподавателями, а дома со мной – мы постараемся догнать упущенное.

– Саша! А ты знаешь сказки? – Спросила я его.

– Нет, – замотал он головой. – В сад я не ходил, а дома мне никто не читал.

 

Мы взяли его весной, а все лето он провел с нами на даче, знакомясь с окружающим миром.

– Как называется это растение? – спрашивала я.

– Лук, – отвечал Саша.

– Нет, это редиска, смотри, как она растет! Помнишь, мы сажали семена, вот что из них выросло.

 

Саша не знал, что такое сливочное масло. Недаром он не справился с тестом, когда надо было исключить лишнее. На картинке были изображены мясные продукты и пачка сливочного масла. Он никогда не ел масла. Как ребенок мог найти съедобные грибы и отличить их от несъедобных, когда он ни- каких не видел?

 

Наступило 1 сентября. Саше исполнилось 7 лет, и он пошел в 1 класс.

 

Сейчас он красиво пишет, хорошо считает, а вот читать пока еще трудновато. С ним занимается замечательная учительница. И Саша радует нас своими успехами. И хотя нам надо еще много осилить, но это уже маленькие шажки к победе, к полноценной жизни.

 

В заключение хочется отметить следующее: приемным родителям надо не бояться трудностей, радоваться успехам своего сына или дочки, не сравнивая их с другими; идти к цели маленькими шажками, заведя дневник успеха – что ребенок не умел делать вчера, научится сегодня; не отчаиваться, любить своих ребят; работать в команде, и тогда результат не заставит себя ждать. 

 





© 2012-2014 Ресурсный центр помощи приемным семьям с особыми детьми | Благотворительный фонд «Здесь и сейчас»
Проект при поддержке компании RU-CENTER
Яндекс.Метрика