Домашние дети

Особым детям особенно нужна семья

Новости

Развитие и нарушение привязанности у воспитанников детского дома и коррекция этих нарушений в индивидуальной работе

Автор - Е.В.Просветова, педагог-психолог, РБОО «Центр Лечебной Педагогики», Москва. Источник Особый ребенок в приемной семье и в учреждении: социализация, интеграция, общественное мнение//Сборник материалов: региональный опыт, интересные практики, рассказы приемных родителей. – М.: БФ «Здесь и сейчас», 2015 г.

 

С 2013 года в Центр Лечебной Педагогики приезжают воспитанники детского дома-интерната отделения «Милосердие» (для детей с глубокой умственной отсталостью). В ходе занятий все педагоги, работающие с детьми, старались уделить особое внимание формированию отношений привязан- ности и индивидуальному взаимодействию с детьми. Также важно сказать, что годом ранее детей в детском доме регулярно начали посещать Сестры Милосердия, ежедневно общаясь и играя с ребятами.

 

Работая с привязанностью, мы опирались на представления и положения, сформулированные в рамках теории Дж. Боулби (Дж. Боулби. Привязанность. М., Гардарики, 2003). Основные идеи, которыми мы руководствовались, состояли в тесной связи исследовательской активности ребенка и его системы привязанности. Степень удовлетворенности потребности ребенка в привязанности оказывает решающее влияние на его способность познавать окружающий мир. Если ребенок не чувствует себя в безопасности, исследовать мир для него представляется практически невозможным. Таким образом, можно предположить, что невозможным становится и полноценное психическое и когнитивное развитие ребенка.

 

Безусловно, идеальной ситуацией для любого ребенка является жизнь в семье, где рядом есть взрослые, которые любят его и заботятся о нем. Отношения с мамой или другими близкими взрослыми закладываются с первых дней жизни и продолжают формироваться все последующие годы детства, да и жизни в целом.

 

Но, даже если пока у ребенка нет такой возможности, совершенно необходимым для его благополучного развития является установление близких отношений, по крайней мере, с одним ухаживающим за ним взрослым, которое позволит удовлетворять базовую потребность в привязанности.

 

Наиболее эффективным способом удовлетворения привязанности в младенческом возрасте является тесный телесный контакт с близким взрослым, а не словесное успокоение. Поэтому, чтобы успокоить малыша, находящегося в стрессовой ситуации, взрослому необходимо найти время, замедлиться и хотя бы ненадолго взять его на руки и прижать к себе.

 

Очевидно, что в ситуации воспитания ребенка в детском доме, нередко случается так, что рядом не находится тот взрослый, который мог бы быстро среагировать на плач малыша и, тем более, дать ему успокоение с использованием телесного контакта. Следовательно, потребность ребенка в привязанности и безопасности регулярно не удовлетворяется, что накладывает отпечаток на его личностное, психическое и даже физическое развитие.

 

Формирование привязанности происходит, в первую очередь, в течение первых трех лет жизни. Именно поэтому, мы можем видеть, что дети, которые провели первые несколько лет жизни дома, существенно отличаются от детей, с рождения живущих в детском доме. Они могут быть более требовательны, активнее искать контакта со взрослым и пытаться установить с ним отношения, чаще выделяют какого-то конкретного взрослого среди множества ухаживающих за ними. Также они могут тяжелее переносить условия жизни в детском доме, особенно, если ухаживающий персонал часто сменяет друг друга.

 

Поведение близкого взрослого оказывает ключевое влияние на тот тип привязанности, который будет сформирован у ребенка. К сожалению, в условиях жизни в детском доме, очень часто возникают нарушения привязанности. Наиболее частая причина этих нарушений – отсутствие рядом постоянного близкого взрослого.

 

Изначально каждый ребенок пытается обратиться за эмоциональной поддержкой, но постепенно, не получая никакого отклика, перестает это делать вовсе.

 

Опытным путем психологами было выделено несколько признаков, по которым можно увидеть нарушение привязанности:

Постоянно сниженный фон настроения, вялость, апатичность, настороженность или плаксивость;

Устойчивое нежелание вступать в контакт с окружающими людьми. Ребенок избегает взгляда в глаза, не включается в предложенную взрослым деятельность, избегает прикосновений, хотя может незаметно наблюдать за взрослым, когда тот не пытается вступить с ним в контакт;

Повышенный уровень агрессии и аутоагрессия;

Стремление обратить на себя внимание плохим поведением и демонстративное нарушение правил, выходящее за рамки свойственного возрасту;

Постоянная провокация взрослых на сильные эмоциональные реакции;

Отсутствие дистанции в общении со взрослым. Излишняя навязчивость в общении со взрослым или же чрезмерная фамильярность. Демонстрация проявлений привязанности любому малознакомому взрослому.

 

Соматические нарушения и нарушения развития:

а) задержка роста;

б) нарушения пищевого поведения;

в) частый крик и плач;

г) нарушения сна и т.д,

(К. Бриш. Терапия нарушений привязанности: От теории к практике. М.: Когито-Центр, 2012)

 

В нашем опыте работы, особенно, в первые месяцы занятий, мы наблюдали в той или иной степени практически все следующие проявления у разных детей в различных сочетаниях. Так, например, многие дети практически никогда не улыбались и не смеялись; ни один ребенок не мог длительно смотреть в глаза взрослым; у всех детей наблюдались сильные аутостимуляции, у некоторых детей, выражающиеся в форме аутоагрессии (впрочем, агрессии, направленной, на других людей практически не наблюдалось); дети, владеющие речью, демонстрировали отсутствие дистанции в общении со взрослыми; также абсолютно у всех детей были ярко выраженные соматические нарушения развития.

 

Единственные признаки, которые мы не наблюдали, это – демонстративное негативное поведение и провокация взрослых.

 

Также мы могли наблюдать ряд нарушений привязанности, согласующийся с классификацией, разработанной К. Бришем:

 

1. Отсутствие поведенческих признаков привязанности. В начале нашей работы с детьми большинство из них не демонстрировало никаких признаков привязанности к кому-то из взрослых, несмотря на то, что с сопровождающими их Сестрами Милосердия ребята были знакомы уже достаточно длительное время.

 

2. Недифференцированность в проявлениях привязанности. В группе, с которой довелось работать нам, было несколько детей, активно ищущих общения со взрослыми, привлекающих их внимание, но обращались они одинаково к любому взрослому, не выделяя кого- то конкретного.

 

3. Чрезмерная необходимость в постоянном присутствии объекта привязанности. Данный вид нарушений привязанности стал проявляться постепенно. По мере работы и построения отношений, некоторые дети стали требовать постоянного участия взрослого, которое необходимо было им для того, чтобы удерживаться в ситуации занятий, например, держась за руки взрослого. Такое чувство, что у ребенка совсем нет возможности опираться на самого себя: как только он отпускает руки взрослого, начинаются сильные аутостимуляции, возникает тревога. И только знакомый взрослый помогает удерживаться в безопасной ситуации.

 

4. Чрезмерно робкое поведение и полное подчинение взрослым. В начале занятий почти все дети в группе выполняли приказы взрослых и позволяли полностью управлять собой: шли туда, куда ведут, и делали то, что надо. Предположительно, во многом, это было связано с теми условиями жизни, которые были у детей, где с ними обращались скорее как с объектами формального ухода, чем с субъектами общения. Особенно заметно это было в начале занятий. С течением времени у детей стало появляться все больше протестных реакций, когда они оказывались чем-то недовольны, больше демонстраций собственных желаний и эмоций.

 

5. Агрессивность в проявлении привязанности. В нашем опыте, агрессия проявлялась скорее в форме аутоагрессии: кусать себя, стучать по голове и т.д.

 

Привязанность является одним из основных условий психического и личностного развития человека. Нередко тот или иной тип привязанности, сформировавшись однаж- ды, остается с человеком на всю жизнь. Тем не менее, очень важно помнить, что отношения привязанности развиваются и видоизменяются в течение всей жизни человека. В ходе индивидуальной работы с ребенком можно существенно скорректировать нарушения привязанности и установить надежные отношения. В качестве примера, хотелось бы поделиться нашим опытом групповой и индивидуальной работы с одной из воспитанниц отделения «Милосердие» детского дома интерната.

 

Н. 15 лет, она – одна из самых старших детей из отделения «Милосердие», посещающих занятия в Центре Лечебной Педагогики. Несмотря на то, что она выглядит старше остальных детей в группе, тем не менее, все равно кажется существенно младше своего возраста. К тому же, благодаря короткой стрижке и мальчишеской одежде, Н. сначала кажется больше похожей на мальчика, чем на девочку.

 

Справедливо будет указать, что Н. повезло больше, чем другим ребятам из отделения «Милосердия». Практически с самого начала у нее была возможность вылезать из кроватки, подползать к другим детям. Например, Н. нередко утешала плачущих малышей: пододвигалась к ним и гладила по голове. Также с ней достаточно часто занимался дефектолог.

 

Тем не менее, на момент начала занятий у нее наблюдался целый ряд ярко выраженных сложностей.

 

С одной стороны, с первого занятия Н. выделялась среди других детей своей общительностью. Она легко устанавливала контакт с каждым взрослым, который с ней общался, улыбалась, радостно вскрикивала. Но, с другой стороны, реагировала одинаково на любого взрослого, не выделяя кого-то конкретного, что свидетельствовало о возможном нарушении привязанности, описанном выше.

 

На занятиях в Центре Лечебной Педагогики Н. не взаимодействовала с другими детьми, хотя поворачивала голову и прослеживала за указательным жестом взрослого, показывающего на других детей и рассказывающего о них, или же во время приветствия на занятии.

 

Наблюдалась ярко выраженная общая моторная неловкость: девочке было сложно двигаться, перемещаться в пространстве и пользоваться руками. Ходить Настя могла исключительно с поддержкой под мышки, часто пыталась поджать ноги и сесть на пол, отказываясь идти. Существенные трудности вызывал подъем по лестнице. Спуск по лестнице был практически невозможен, даже с поддержкой взрослого.

 

Самостоятельная игра и самостоятельное исследование помещения у Н. не были сформированы. Девочка проявлялся интерес к предметам, предложенным ей взрослыми, брала их в руки, повторяла показанные ей действия, но не интересовалась предметами сама.

 

Сфера эмоций девочки не была достаточно дифференцирована. Она была склонна к выражению исключительно позитивных эмоций (улыбка, смех) или же пребывала в нейтральном состоянии. Негативные эмоции не выражались. В состоянии усталости или огорчения Н. также начинала громко и много смеяться. То есть выражение эмоционального и физического состояния было неадекватным.

 

Девочка легко уставала и истощалась, особенно во время занятий, вызывающих сильные эмоции.

 

Наблюдались сильные аутостимуляции, выражавшиеся, в первую очередь в виде постоянного кусания и жевания языка, от чего он выглядел распухшим и часто был высунут наружу.

 

Тем не менее, уже в начале занятий Н. смотрела в глаза взрослым, что было огромной редкостью среди детей этой группы. Она могла ориентироваться сразу на нескольких взрослых (сопровождающего педагога и педагога, ведущего занятие), но общение одновременно с несколькими взрослыми перевозбуждало и истощало девочку.

 

Н. всегда была очень активна в поиске контакта со взрослыми. Демонстрировала высокую потребность в тактильном контакте. Также Н. активно стремилась вовлечь взрослых в свою игру, например, хлопая в «ладушки», призывала взрослых хлопать вместе с ней.

 

С первых занятий, девочка с удовольствием включалась в игры, организованные взрослым, например, танцы в хороводе. Уже в самом начале года присутствовало понимание простых словесных инструкций: «вставай», «идем» и т. д. Также был жест: «пока».

 

Уже к началу занятий в Центре Лечебной Педагогики Н. умела самостоятельно пить из чашки, но требовалась помощь в удержании чашки и возврате ее на стол. При это она училась есть пюре ложкой с помощью взрослого. Кусочки твердой еды не откусывала и не жевала: не понимала, что с ними делать. В собственном одевании участвовала мало.

 

Важно отметить, что к началу занятий в Центре Лечебной Педагогики, к детям в детский дом уже около года приезжали Сестры Милосердия, которые устанавливали с детьми теплые отношения. Через некоторое время на занятиях в Центре у Н. появилась постоянная сопровождающая, она же регулярно навещала девочку в детском доме. Постепенно у них сложились теплые отношения.

 

Уже до этого момента девочка начала лучше дифференцировать взрослых. У нее появились любимые педагоги, которых Н. замечала издалека, приветствовала и обнимала. И сейчас Н. по-прежнему радуется всем взрослым, но стала менее эмоционально реагировать на незнакомых людей. К тому же, она четко выделяет своего постоянного «друга» и предпочитает находиться на групповых занятиях именно с ней.

 

Известно, что Н. всегда интересовалась другими детьми в интернате. Тем не менее, этот интерес на занятиях в Центре Лечебной Педагогики она начала демонстрировать ближе к концу года. Теперь она не только обращает внимание на других детей, когда к этому побуждает взрослый, но и взаимодействует с ними: например, качая в гамаке.

 

В ходе занятий, у девочки расширилось понимание речи, она стала выполнять более сложные инструкции. Также расширился арсенал используемых жестов. Н. усвоила несколько жестов, которые использовались на занятиях (жест «еще», «молодец»). К тому же, девочка научилась интонировать некоторые слова так, что они стали понятны окружающим: «привет», «ку-ку», «пока-пока».

 

Также наблюдалась существенная динамика в двигательной сфере. Постепенно Н. начала все лучше ходить с поддержкой за руки, когда взрослый шел впереди нее и вел ее за собой. А затем сделала свои первые самостоятельные шаги, без поддержки. Также существенно улучшились возможности девочки в перемещении по лестнице.

 

В эмоциональной сфере по-прежнему преобладает повышенный фон настроения. Эмоции по-прежнему недостаточно дифференцированы. Тем не менее, появилась демонстрация негативных эмоций. Иногда начали наблюдаться эпизоды слез в конце дня, когда девочка понимает, что сейчас придется уехать из ЦЛП в интернат. Также появились протестные реакции, девочка может отказываться делать что-то, участвовать в каких-то занятиях, демонстрируя недовольство и пытаясь уйти.

 

Н. научилась уверенно есть ложкой и пить из чашки. А также несколько раз удавалось уговорить девочку откусить кусочки фруктов или печенья. Она участвует в одевании, подавая руки и ноги, а также умеет расстегивать и снимать обувь и застегивать липучки с легкой поддержкой взрослого.

 

Девочка по-прежнему жует язык, но делает это реже, чем в начале учебного года. Появилась возможность высунуть или спрятать язык. В целом, количество аутостимуляций заметно снизилось.

 

В течение учебного года девочка продемонстрировала хорошую положительную динамику, несмотря на многочисленный ряд проблем, оставшихся неизменными.

 

На наш взгляд, многие положительные изменения связаны именно с улучшением качества привязанности девочки к взрослым, находящимся рядом, которые стали для девочки близкими 

 

Таким образом, можно увидеть, что положительные изменения и улучшение отношений привязанности возможны даже в условиях жизни вне семьи и в подростковом возрасте. Самое главное – наличие человека, готового дать теплую, безопасную и поддерживающую основу для формирования привязанности. 

 





© 2012-2014 Ресурсный центр помощи приемным семьям с особыми детьми | Благотворительный фонд «Здесь и сейчас»
Проект при поддержке компании RU-CENTER
Яндекс.Метрика